Посмотрев на часы, Надежда Сергеевна не спеша засобиралась домой. День выдался спокойный. Операций не было, да и новых пациентов тоже не поступало. Работать в частной клинике женщине нравилось больше, чем в обычной больнице. Здесь и оклад хороший, и отношения с коллегами приятнее.
— Надежда Сергеевна, Вы уже выходите? – вежливо спросил ее Валерий – доктор из соседнего отделения, заглянув в кабинет. – Может, заехали бы куда-нибудь сегодня, поужинали вместе? Или хотя бы просто покатались бы по городу, погода какая прекрасная!
Надя отрицательно махнула головой.
— Нет, спасибо. Хочется сегодня покоя и тишины, — ответила она. – Нужно набираться сил к следующей смене.
— Мне кажется, дежурство прошло «на ура», никаких новых больных, ни срочных вызовов в палату… Можно всего часик поговорить с Вами? – настаивал мужчина.
По его решительному выражению лица Надежда Сергеевна поняла: Валера просто так от нее не отстанет.
— Как-нибудь в другой раз, — произнесла ему она, чем вызвала еще большее недовольство у коллеги.
— Ясно. Решили отделаться от меня простой дежурной фразой. Ладно, до свидания, — вздохнул он, разочарованно наблюдая, как Надя задвинула на окне жалюзи.
— До свидания, Валерий Арсеньевич, — попрощалась она с доктором, даже не взглянув в его сторону. В этот момент Надежде хотелось больше всего одного: не разговаривать ни с кем.
Убрав свой белый халат в шкаф, женщина еще раз посмотрела на часы и вышла из кабинета.
По дороге домой она задумалась, вспомнив, как когда-то, работая в другом учреждении, она встретила его – Павла Андреевича. Это случилось несколько лет назад. Про их роман гудела вся больница. Только не знала Надя, что ее кавалер оказался женат. Да и сотрудники не предупредили, просто наблюдая и тихонько хихикая за спиной. Когда в отделение заявилась жена Павла, женщина чуть под землю от стыда не провалилась. Она бы все отдала, лишь бы узнать о семейном положении женатика чуть раньше. А потом ей пришлось ловить на себе косые взгляды медсестер и докторов. Даже пациенты шептались за спиной Надежды Сергеевны.
С той работой она навсегда попрощалась. Два месяца потом искала подходящие вакансии и наконец трудоустроилась в частную клинику. Теперь Надя с осторожностью относилась к противоположному полу, чтобы не попасть в простак…
Она двигалась в направлении домой, проходя по подземному переходу. Вечером здесь почти никого не было. Внимание женщины привлекла девочка лет восьми. Она была одета по-бродяжнически, а ее большие глаза четко выделялись на изнеможенном, по всей видимости, от голода, худом личике.
Надя шла мимо нее, совершенно не подозревая, что этот вечер не завершится так, как ей хотелось бы.
— Тетенька, тетенька, подождите! – вслед закричала девочка. Женщина остановилась.
— Чего тебе? У меня есть только пара сотен наличными. Этого хватит? – спросила ее Надя.
— Нет, тетенька. Мне нужна Ваша помощь. Там, в подвале моя бабушка лежит. Она очень болеет. Не могли бы Вы вызвать для нее скорую? – проголосила малышка.
— Хорошо. Куда идти?
— Прямо от остановки в первый квартал, — ответила маленькая нищенка, и Надежда отправилась вслед за ребенком, осознавая: от ее помощи сейчас зависит чья-то жизнь. Значит, рабочий день еще не окончен…
Вскоре они пришли к многоэтажному зданию и спустились в подвал. Женщина ахнула при виде скорчившейся на грязном матраце старушки.
— Это моя бабушка. Вернее, она мне неродная.
Надя вскинула удивленно брови.
— Я сбежала из детского дома, а баба Света меня взяла к себе, накормила. Она очень добрая, только не знаю, как теперь я буду без нее, — продолжила девочка.
— Сейчас мы отправим твою бабушку в больницу, не волнуйся. Я – доктор и помогу твоей бабушке.
Потом Надя вызвала такси и попросила водителя помочь отнести больного человека в машину.
В клинике никто не ожидал возвращения Надежды Сергеевны, да еще с какой-то бродяжкой.
— Надя, Вы хоть понимаете, чем может закончиться Ваша затея с операцией неизвестной бабуле? – предупреждал Павел.
— Сейчас меня волнует только одно: жизнь человека, — сказала ему она. – Лучше помогите мне, а не паясничайте!
Через короткое время Надежда Сергеевна находилась в операционной, а маленькая Влада ожидала в коридоре. Увидев ее Павел поморщился. «И зачем она только привела этот бомжатник в нашу приличную клинику?», — недоумевал про себя он.
Следующим утром Надю вызвал начальник, Станислав Олегович к себе «на ковер».
— Надежда Сергеевна, Вы что себе позволяете? У нас частная клиника, а не приют для всех бездомных. Вчера вечером Вы посмели привезти эту бабушку с ее девчонкой. Мало того, у них нет ни копейки оплатить проведенную Вами операцию за счет наших же средств, так они еще и без документов. Это ни в какие рамки не вписывается! Сейчас же либо выгоните лично этих бомжей, либо я уволю Вас немедленно, не посмотрев, какой Вы замечательный при всем доктор. Вы все поняли?
Надя вздохнула, пожала плечами и молча вышла.
— Вы мне не ответили! – услышала она вслед.
Главврач был вне себя от ярости. Вскочив со своего кожаного кресла, он вылетел следом за женщиной и помчался в ту палату, где находились поступившие вчера пациенты. Станислав Олегович очень надеялся разобраться с ними лично. Нет, никто не посмеет порочить доброе имя его клиники!
Влетев в палату, врач столкнулся со взглядом маленькой бродяжки. Девочка ахнула про себя, догадавшись, что сейчас их с бабушкой вот-вот выгонят.
— Если немедленно не уберетесь, я прикажу нашим санитарам вас обеих отсюда вынести! – сердито рявкнул он девочке, прижимавшейся к пожилой женщине.
— Дяденька, нам совсем некуда идти, — захныкала малышка, обнимая тонкими ручками бабулю. – На улице сейчас сыро, холодно, а подвал, где мы жили, местные жители грозились закрыть и выгнать нас оттуда. Можно мы еще пару деньков здесь подождем? Пусть бабушка хоть в себя придет. Куда ж я без нее?
Главврач посмотрел на нее, потом перевел взгляд на пожилую пациентку. Она лежала, повернувшись лицом к нему. Вдруг Станислав Олегович побледнел и вытер пот со лба. Где-то он уже видел это лицо! Но где? Всеми силами мужчина пытался вспомнить знакомую женщину. Да, конечно. Это же его… собственная мать! Но как она очутилась на улице? Ведь у нее был дом…
— Мама?! – подойдя к пациентке, недоуменно спросил он. – Мама, как ты осталась без дома?
Девочка ничего не понимала. То доктор их только что выгонял, то он говорит теперь о маме…
— Сынок? – наконец ответила она. – Сыночек, как же мы долго не виделись. Аленки нашей нет.
— Как нет?
— Бог ее забрал, а меня зять с вещами выставил. Сначала нашу Леночку на тот свет отправил, потом меня пытался отравить, да не вышло, вот я и скитаюсь теперь, — поведала старушка. – А это – Милена, внучка моя приемная. Не оставила меня. Продукты носила, лекарства тоже. Только вот силы у меня уже не те, озябла от холода, да слегла. Спасибо Вашей доброй медработнице, которая спасла меня.
Узнав, что сестры больше нет, Стас чуть не зарыдал. Ведь они с Аленой выросли вместе. А он… Он уехал учиться. Сначала приезжал к родной семье, а позже все как-то закрутилось, стало не хватать времени, чтобы приехать к матери. Так несколько лет он и провел в работе, забыв о сестре и маме, которая вырастила их с Леной в одиночку. Отец рано погиб из-за профессии, связанной с рисками.
— Нет, мам. Тебе не место в подвале. Ты должна переехать ко мне, — сквозь слезы сказал Стас. – Если бы я только раньше обо всем узнал. Прости меня, что не вспоминал о тебе.
Пожилая женщина взглянула на него теми же материнскими глазами, из которых, казалось, вот-вот хлынут слезы. Все она помнила о своем сыне. И как в люльке качала его маленького, и как водила в детский сад, и как помогала ему хорошо учиться в школе. Долго она копила деньги, чтобы ее сын на ноги встал и выучился на врача. Он и выучился, только вот про мать совсем забыл. Считал, будто сестра обязана ей помогать.
… На дворе стояла зима. Черные вороны кружили над старым кладбищем. Стас сжимал в руке несколько гвоздик, гладя рукой по фотографии на памятнике.
— Я даже ничего не помню о нем, — тихо произнес он. Его мать взяла его ладонь в свою руку и ответила:
— Наши родители всегда нас видят даже там. Самая лучшая мать та, которая может заменить детям отца, когда его не станет. Другой у тебя уже не будет.
Стас не мог ей ничего ответить. Ему было очень стыдно.
… Перед Надей главврач извинился.
— Простите меня, Наденька. Вы выполнили не только свою работу, но и помогли мне найти маму, — сказал он, когда она пришла на работу в свою смену.
— А Милена… как девочка? – поинтересовалась доктор, удивившись такому неожиданному повороту событий.
Начальник замялся.
— Документы на усыновление готовим, только мороки у них там уж слишком много, — ответил ей он. – Моя мать почти каждый день в приют к девочке ездит. Ой, Наденька, если бы не Вы…
В конце месяца Надежда Сергеевна радовалась приличной прибавке в своем кошельке. Ей выделили огромную премию и пообещали повысить основную зарплату. Но главное, чем больше всего восхищалась доктор, было то, что и Милена, и эта оставшаяся без дома женщина обрели постоянное место жительства. С Павлом она старалась не общаться. Ее добрый «принц» где-то еще поджидает, так что продолжение этой истории впереди…
Комментариев пока нет